Имя итальянки Марии Монтессори, замечательной учительницы, психолога, физика, врача семьдесят лет было забыто в восточной Европе и упоминалась лишь в трудах историков педагогики. В то же время на Западе, в Америке, Азии открывались научные институты и академии, в которых изучали и воплощали в жизнь антропологические, дидактические, педагогические идеи Марии Монтессори, и миллионы детей успешно учились в ее школах. Именно Монтессори-школа занесена в Книгу Гиннеса как самая многочисленная. В ней учится более 22000 детей, а находится она в Индии. Говорят, что такую же школу, но в Америке окончила, например, дочка Билла Клинтона. Внуки и правнуки Льва Николаевича Толстого, эмигрировавшие в разные страны мира, тоже учились в Монтессори-школах. В Нидерландах, Финляндии и США детские сады и школы этого направления включены в основной государственный реестр официальных учебных заведений.

Мария Монтессори родилась 31 августа 1870 года в Италии, а умерла в 1952 году в Голландии. Между этими двумя датами пролегла дорога ее жизни, полная великих педагогических открытий, философского смысла и борьбы за права детей. Она была первой женщиной-врачом в Италии, работала ассистентом в психиатрической клинике, преподавала в Римском университете и, только получив степень доктора философии, основала в одном из бедных кварталов Рима «Дом ребенка», тот самый, о котором позднее она написпла уникальный труд «Дом ребенка. Метод научной педагогики». У нас в России эта книга была переиздана четыре раза.

Свою педагогическую систему М. Монтессори называла системой саморазвития ребенка в дидактически подготовленной среде. Изучение жизненного пути ребенка, проходящего в непосредственной близости от взрослых, именно изучение, а не вмешательство со своими воспитательными приемами и принципами, она ставила в основу педагогической антропологии. М. Монтессори считала, что любые практические действия, теории и модели могут строиться только на фундаментальных знаниях о развивающемся человеке. Научные наблюдения за состоянием и поведением детей помогли ей открыть «феномен поляризации внимания», из которого, собственно, она и делает выводы о свободном саморазвитии ребенка и о способах организации его работы в специально обустроенной среде.

Дети – другие

Одна из значительных работ Марии Монтессори называется «Дети - другие». Уже в названии книги виден ее принципиальный взгляд на картину жизни ребенка. Ребенок другой! Что значит, что его психика, все его существо устроено иначе, чем у нас, взрослых.

Если мы, взрослые, приобретаем знания при помощи анализа и синтеза происходящего, то ребенок просто впитывает жизнь целиком. Мы говорим: он запомнил название цветка. Но у маленького ребенка нет памяти, сначала ему надо ее построить. Ребенок переживает время иначе, чем взрослые. Естественный ритм его жизни гораздо медленнее. Он живет тем, что происходит с ним в конкретный момент, в то время как взрослые постоянно планируют свою жизнь, выделяя самые срочные и необходимые дела.

Маленькие дети обучаются, прежде всего, через собственные действия. Взрослые могут узнавать мир, читая, наблюдая, воспринимая информацию на слух. Но каждый взрослый чувствует разницу между рассказом о событии и непосредственным участием в нем. Малыши познают мир именно через призму собственных чувств, прожитых в действии. Ребенок постоянно подражает взрослым, которые ему близки, но при этом желание быть независимым - одно из самых сильных чувств детства. В отличие от взрослого интерес и чувство настоящего удовлетворения вызывает у ребенка не результат, а именно процесс самостоятельного выполнения целенаправленных действий.

Никогда не повторится!

Одним из важных антропологических наблюдений Марии Монтессори, было определение в психической жизни ребенка особых периодов наиболее интенсивной восприимчивости тех или иных проявлений жизни. В отношении животных подобные периоды в конце 19 века пытались определить английский генетик Арнольд Джисл и голландский биолог Гуго де Ври. Они доказали, что созревание функций психики человека может происходить только через освоение внешнего мира, которое протекает по-разному на разных ступенях развития, ибо в процессе роста жизненные силы ребенка («orme») изменяют свою структуру. Эти периоды интенсивного созревания психики ученые называют сенситивными фазами развития. Монтессори наблюдала подобные фазы у маленьких детей. Она писала: «На основе этой восприимчивости ребенок способен создать особенно интенсивную взаимосвязь между собой и внешним миром, и с этой точки зрения все становится для него легким, вдохновляющим, живым. Каждое усилие оборачивается увеличением силы…. Как только одно из этих духовных пристрастий ослабевает, зажигается другое пламя, и так ребенок движется от одной победы к другой, в беспрестанном вибрировании жизненной силы, которое нам известно и которое мы называем «радостью и счастьем детства».

Понятно, что можно добиться результатов в развитии ребенка и, не обращая внимания на сенситивные периоды его роста, но это потребует от взрослого большого усилия воли, труда и напряжения. В то время, как в момент сенситивной фазы инициируется спонтанный учебный процесс, то есть, сама среда делает возможным действие созидательных потенций ребенка и приобретение им жизненного опыта. Происходит как бы игра в обмен: биологическая зрелость приходит с одной стороны через среду, а с другой – через непрерывное поступательное движение сознания.

Мария Монтессори выделила несколько таких сенситивных фаз. Большая их часть уже в ее время была известна психологам. Но настоящим открытием ученой стало определение сенситивной фазы порядка, которая по наблюдениям Монтессори длится у детей с рождения примерно до 4-х лет. Наивысшая точка наблюдается в 2 – 2,5 года (ребенок требует внешнего порядка в окружающей его среде, ставит на место предметы, почти ритуально выполняет действия). В этот период его жизнь подчинена определенному внешнему и внутреннему ритму. Монтессори пишет о том, что в раннем детском возрасте человеческая душа узнает свое окружение, сначала ориентируясь по элементам, а в дальнейшем завоевывает это окружение лишь по мере надобности. Вот почему важно не пропустить период порядка в развитии ребенка.

Как можно в обычной жизни заметить, что ребенок переживает сенситивную фазу порядка?

За кухонным столом мама, папа, бабушка и дедушка всегда занимают определенное, излюбленное место. Мама садится рядом с малышом, бабушка поближе к плите, отец – около окна. Но сегодня бабушка заняла мамино место, а дедушка сел к окну. Мама вообще замешкалась у плиты. Можно сразу заметить беспокойство ребенка. Он «непонятно почему» капризничает, выплевывает еду, стучит ложкой по столу. Родители сердятся, бабушка переживает, что ребенок не желает есть… Семья в напряжении. Но, оказывается, чтобы это напряжение прошло, надо всего-то всем членам семьи рассесться по своим привычным местам!

Для подрастающего ребенка внешний порядок постепенно становится внутренним. Вот почему так важно, чтобы пространство детского окружения всегда было рационально, красиво и аккуратно обустроено. Легкий беспорядок в комнате может быть только, когда малыш спит. Но, когда он открыл глаза, все предметы должны быть расставлены по своим местам. Малыш стремится к почти ритуальному выполнению любого действия, будь-то подготовка к еде, сбор на прогулку или обращение с отдельными предметами окружающей его среды. Беспорядок в мире бесконечно расстраивает его.

К другим фазам детской восприимчивости Мария Монтессори относила фазу развития движений, языка, чувств, социальных навыков, интереса к маленьким вещам.

М. Монтессори видела человека в его целостности, а целостность создается и закрепляется с помощью активного освоения окружающего мира. Когда окружающее пространство позволяет ребенку созидательно действовать, то разрозненные вспышки детской энергии соединяются, и возникает как бы «новый ребенок». Этот психологический феномен Монтессори называла нормализацией. Нормализация происходит при концентрации детей на какой-либо деятельности и, значит, необходима, чтобы все предметы вызывали у ребенка живой интерес, могли быть применены именно по своему назначению и использовались «точно». Свобода в направленных действиях и есть главная свобода ребенка. Но это не конечный результат воспитания, хотя нормализованные дети демонстрируют восхитительные, с точки зрения взрослых, человеческие качества. Это только начало.

Территория свободы

Образование детей как таковое не являлось для М. Монтессори принципиальным. Индивидуальность обучения она видела в создании специально подготовленной среды, где дидактический материал выбирает не учитель, а сам ребенок. Ее индивидуальное обучение основано на свободе выбора ребенком этого материала, а так же времени его работы с ним и самостоятельном контроле над ошибками.

Ребенок свободен в подготовленной среде. Дидактические материалы для него лишь ключ к миру. С их помощью он упорядочивает ум, учится осознавать пока еще хаотичные представления, врастает в культуру и современную цивилизацию, на собственном опыте учится понимать природу и ориентироваться в ней.Ребенок свободен. Он может ходить по классу от стола к столу, между полками с материалом, он может забраться на диван, выйти в коридор или в соседний класс.

Ребенок свободен. Но означает ли это, что в классе царит анархия и беспорядок? М. Монтессори пишет: «Все понимают, что двери в обычной школе надо держать закрытыми: ведь если детям, которые все время скучают и которым нечего делать, дать свободу, – они просто исчезнут, убегут из школы». Забавные, несколько наивные строки, не правда ли? Но они немедленно приобретают самый серьезный смысл, когда мы начинаем осознавать, что дисциплина и порядок действительно заложены в ребенке природой с рождения. В любой современной Монтессори-школе мира мы можем ежеминутно наблюдать непривычное для нас явление: ребенок взял дидактический материал с полки, поработал с ним на своем коврике или столике, и поставил обратно, точно на то же место на полке, где он стоял. Но ведь этому ребенка никто не учил! Никто не говорил, что так надо делать. Спонтанное действие малыша, желающего навести порядок, вызывает у традиционных педагогов, по меньшей мере, удивление. Ребенок, в самом деле, свободен. Почему же он не носится по классу и не кричит, а берет с полки один за другим материалы, спокойно работает с ними, а затем ставит на место. Дело в том, что эти материалы имеют удивительно притягательную силу. От притяжения к интересу и любопытству, от радости живого действия с конкретным культурным предметом к постижению мира пролегает линия внутренней мотивации ребенка, которая является основой его деятельности. Ребенок стремится сам разобраться во всем и нуждается лишь в небольшой помощи педагога, который наблюдает за его развитием и косвенно руководит им, насколько это необходимо.

Принципиальной идеей дидактики М. Монтессори является идея спонтанного, опосредованного обучения. Ребенок учится легко, не замечая, что учится! Каждый дидактический материал, предлагаемый детям для упражнений, содержит две цели: прямую и косвенную. Прямая – это цель, которую ставит перед собой ребенок. Скажем, собрать из кубиков стройную Розовую башню. А косвенная – это цель профессионального взрослого, который придумал Розовую башню, чтобы ребенок, упражняясь с ней, незаметно развивал зрение, координировал движение, учился концентрировать внимание и готовился к изучению математики.

Один день в детском саду Монтессори

В детском саду Монтессори день начинается со свободной работы. Дети приходят в группу, самостоятельно раздеваются, приводят себя в порядок и выбирают, чем они будут сегодня заниматься. Воспитатель встречает детей, обязательно протягивая каждому руку для приветствия, и потом, уже в классной комнате, терпеливо наблюдает свободный выбор ими материала для занятий. Кто-то начинает стирать кукольные платья, кто-то поливает цветы. Кто- то раскладывает на ковре цветные таблички, нанизывает бусы. Мелет в маленькой мельнице зерно. Учится пришивать пуговицы. Если воспитатель замечает, что ребенок впервые взял материал для работы, он предлагает малышу алгоритм действия с этим предметом. Иногда дети получают очень короткий и конкретный трехступенчатый урок. А иногда учитель молча показывает способ работы с материалом.

Может ли ребенок во время свободной работы играть в игрушки? Почему нет? Все куклы, кубики, машинки находятся здесь же, в одном из уголков, и если малыш хочет с ними играть, не мешая другим, он спокойно наряжает или кормит куклу, строит из кубиков гараж для своей машинки. Можно переодеваться во взрослые одежды, которые сложены в специальной корзине или делать прическу перед зеркалом. Все это можно. Другое дело – общая атмосфера рабочего дня.

Притягательность дидактического материала (недаром он прожил без изменений уже целое столетие!) захватывает детей настолько, что они предпочитают положить на край коврика свою куклу и выкладывать здесь же десятичную систему из бусин золотого материала. В самостоятельной свободной работе маленький ребенок ежедневно материализует природную потребность утончения своих чувств, действий и концентрации внимания. Такая работа не утомляет его, сколько бы она ни продолжалась, потому что в естественной жизни не может быть остановки. И все-таки часа через два после начала свободной работы дети слышат звучание тихой музыки – знак сбора на общий круг. Начатая работа заканчивается, материалы ставятся на полки.

Что такое Круг?

Кто-то из Монтессори-учителей назвал его «атмосферным явлением». Во всяком случае, это не ежедневное занятие с традиционными пальчиковыми играми и песенками. Каждый круг имеет свой контекст, который зависит от проживаемой ситуации. Многие круги связаны с обсуждением событий, происходящих в жизни детей дома и в детском саду. На других воспитатель рассказывает сказки, короткие истории из Библии. Осенью дети все вместе разглядывают фрукты и овощи, пробуют их на вкус, учатся молоть зерно и месить тесто. Зимой изучают свойства воды, растапливая над свечкой снег, или разучивают рождественские песенки. Здесь же отмечаются дни рождения детей и другие важные события. Здесь вспоминают, что кто - то из детей заболел или кому - то предстоит неприятный поход к зубному врачу. В пятнадцать минут общего круга умещается: личные детские проблемы, календарь, история, география, биология, математика и словесность, пантомима и театр. Круг всегда ведет учитель, но он лишь помогает общему разговору. За ребенком остается право самостоятельного высказывания, попытки объяснить другим свое переживание. Учитель здесь ведет счет своим словам. Он профессионально провоцирует разгорающийся костерок общего разговора, в который каждый из детей подбрасывает свою щепочку. Круг кончается через пятнадцать минут. Но дух общей доброжелательности, уважения, доверия остается надолго, и, в конце концов, становится неотъемлемой частью уклада жизни Монтессори - группы.

В чем состоит счастье учителя?

В одной из российских школ Монтессори-учителей попросили определить различия между учителем или воспитателем традиционного детского сада-школы и Монтессори-педагогом. Первое, что отметили учителя, было связано с исследовательским характером работы Монтессори педагога. Величайшее счастье, которое они испытали в новом качестве, было связано с возможностью наблюдения свободной жизни ребенка, постижения методов экспериментальной педагога и психологии, а также практической организации условий свободной жизни детей. В их сознании произошел переворот: учитель, оказывается, не должен передавать знания, он может с радостью наблюдать распускающуюся жизнь и наслаждаться соприкосновением с душой ребенка. Монтессори-учителя верят, что дети любопытны и способны осваивать окружающий мир и человеческую культуру через самостоятельную деятельность, что они стремятся к независимости и ответственности. Для Монтессори-учителя характерно отступать на задний план, пробуждать интерес, оказывать помощь и никогда не бить по рукам. Педагог откликается, прежде всего, на главную просьбу ученика «помоги мне это сделать самому».

Если педагоги стремятся к освобождению детей и хотят увидеть естественные проявления их наклонностей, это не означает, что им следует сесть в углу классной комнаты и просто наблюдать происходящее. Ясно, что никакого освобождения ребенка не произойдет. Любой эксперимент требует подготовки. Прежде чем пустить детей в класс, Монтессори-учитель подготавливает специальную среду, в которой он будет наблюдать детей, и специальные предметы для их свободной деятельности.

Монтессори-учитель придает организации специально подготовленной среды большое значение, так как истинная свобода человека сопряжена с освоением им культурного пространства, которое значительно расширяется, если педагог заранее профессионально обдумывает его. У ребенка, окруженного книгами, энциклопедиями, лабораторными приборами, орудиями различных ремесел, появляется спонтанная ответственность за освоение всего этого богатства. Он концентрируется в работе с предметами-стимулами, и освобождение его духа приходит само собой, естественным путем без каких-либо взрослых вмешательств и, специальных педагогических приемов.

Но каждый культурный предмет, придуманный человеком, имеет точное назначение и требует определенного обращения. Как в прочем и достояние живой природы, где все обусловлено и подчинено высшим законам. Никто, кроме взрослого, не может показать ребенку, как в мире людей обращаются с той или иной вещью, обозначить смыслы природных явлений. В группе детского сада Монтессори или школьного класса на полках стоят десятки предметов, которые в состоянии презентовать только профессиональный Монтессори-педагог, потому что в большинство из них вложен именно дидактический смысл. В точности каждой демонстрации, осмысленности отдельного движения руки, понимании того, что может произойти в душе ребенка, когда он прикоснется к чаше с водой, книге, листу бумаги, заключено мастерство Монтессори-учителя.

Как будет вести себя Монтессори-учитель во время занятия музыкой, если один из детей скажет: «Я хотел бы сочинить музыку, но пока не умею играть на флейте»? «Тогда ты будешь показывать свое сочинение». Движение ручек вверх означают высокие звуки, вниз - низкие. Тонкие переборы пальцев – музыкальные трели. Ребенок показывает руками сочиненную им музыкальную фразу. Но музыка должна звучать. И учитель подносит к губам флейту, чтобы воспроизвести произведение, рожденное здесь и сейчас одновременно в душе ребенка и в исполнении учителя-мастера. Ведет ребенок. Он внутренне ощущает свое положение ведущего, имеет абсолютную возможность самораскрытия, музыкальной рефлексии. Ведь это его музыка! Учитель позади, он словно слит с инструментом, но без его умения импровизировать на флейте никто бы не понял, не расслышал маленького композитора…

Смею утверждать, что педагогика Марии Монтессори обращена к нашим современникам: родителям, учителям, воспитателям, дидактам и лишь в малой степени к историкам. Она наводит на серьезные размышления о смысле работы учителя, педагога-исследователя, психолога, о сознательном материнстве и отцовстве. «Мой метод, – пишет Мария Монтессори, – привел меня к открытию духовных особенностей детей, которые ранее не наблюдались. То, что было открыто прежде, лишь внешний облик ребенка. Способствовать понимать детей, работать для защиты их прав – это и есть моя цель… Ребенок – человеческое создание, которое работает, страдает и является лучшим из друзей, – все еще неизвестен нам. Это чистая страница в истории человечества. Страница, которую хотелось бы заполнить».

Автор: Елена Хилтунен